29 янв. 2015 г.

К юбилею А. П. Чехова и его книги «Остров Сахалин». Окаянный остров...

В творчестве Антона Павловича Чехова одно произведение стоит особняком. Это книга «Остров Сахалин», которая написана в результате путешествия писателя на Дальний восток в 1890 году. Впервые полным изданием книга была издана в 1895-м, и по праву является гражданским подвигом писателя.
Но обо всём по порядку…

1880-е годы для Чехова – период расцвета как автора коротких, в основном, юмористических рассказов. К этому времени он уже известный писатель   и обладатель Пушкинской премии. Но именно сейчас он ощущает кризис творчества. «В душе какой-то застой... Я не разочарован, не уто­мился, не хандрю, а просто стало вдруг всё как-то менее интересно. Надо подсыпать под себя пороху»,  пишет Антон Павлович в мае 1889 г. О важных изменениях, происходивших тогда с Чеховым, говорит ещё и появившееся желание путешествовать. Он отправляется в путешествие на юг, в родные места, потом  по «гоголевским местам», в Крым, на Кавказ. Но всё же остаётся не доволен и после этих поездок. Ему было нужно новое, большое путешествие. Вариантами были кругосветное путешествие, поездка в Среднюю Азию, в Персию, на Сахалин. В конце концов, он останавливается на последнем варианте.
Сахалинское путешествие Чехова явилось закономерным результатом внутреннего разви­тия художника. Он поставил перед собой цель  обратить внимание русской общественности на «место невыносимых страданий» и тем облегчить поло­жение тысяч ссыльнокаторжных, томящихся на Сахалине.
Поездка требовала большой предварительной работы. Решив отправиться в это путешествие, Чехов несколько месяцев изучал уголовное право, историю тюремного заключения и ссылки в России, официальные отчёты Главного тюремного управления. Знакомился с работами геологов, этнографов и других исследователей, а также с историей колонизации Сахалина.
21 апреля 1890 года Антон Павлович отправляется из Москвы в своё длительное и трудное путешествие. Он предчувствует предстоящие опасности и лишения, большую затрату энергии и сил, но это не вызывает у него уныния. Напротив, целеустремлённость, сознание реальной пользы путешествия дают как бы заряд бодрости и жизнерадостности. Он подробно разрабатывает маршрут, запасается картой Сахалина, пытается получить официальные разрешения для ознакомления с тюрьмами и ссыльными на острове. Но ему удаётся получить лишь бумагу от «Нового времени», в которой говорилось, что сотрудник газеты Чехов рекомендуется для поездки на Саха­лин в качестве корреспондента. Из писем, присылаемых в редакцию газеты, можно судить об условиях этой поистине героической поездки. В течение почти двух месяцев «конно-лошадиного странствия» он вёл «отчаянную войну» с разливами рек, с холодом, «с невылазной грязью, с голодухой, с желанием спать». «Ехать было тяжко, временами несносно и даже мучительно»,  говорит сам писатель, однако всё пережитое во время пути не ослабило его энергии и желания продолжить путешествие. Путь через Сибирь занял 82 дня, за которые Чехов написал девять очерков, объединённых под общим названием «Из Сибири».
На Сахалин Чехов прибыл 11 июля. Подъезжая к острову, немало переволновался, так как офицер, сопровождавший солдат на Сахалин, уверял, что ему, как лицу, не состоявшему на государственной службе, и близко не дадут подойти к каторге. Однако страхи эти были необоснованны. Уже на следующий день он посещает Александровскую ссыльно-каторжную тюрьму. Начинается напряжённая кропотливая работа, которая продлится три месяца.
Чтобы ближе познакомиться с жизнью заключённых в тюрьмах и ссыльных в колонии, писатель предпринял перепись сахалинского населения. В архивах сохранилось около десяти тысяч карточек-анкет, составленных Чеховым во вре­мя переписи. Он обследовал все тюрьмы, заходил во все избы и говорил с каждым поселенцем и каторжным, а многим оказывал и реальную помощь. Он описал условия жизни и быта всех слоёв населения, исследовал вопросы нравственности, заболеваемости и смертности ссыльных. Отдельную главу посвятил беглецам. Администрация острова строго запретила ему общаться с политическими заключёнными, но он нарушал этот запрет. В книге автор не называет их по фамилиям, но намекает там, где говорит «о привилегированных» ссыльных, «грамотных» ссыльных, «каторжных в вольном платье». Эти люди пользовались особенным душевным располо­жением Чехова, хотя он и не мог открыто это выразить. Непосредственные наблюдения Чехов вносил в свой «сахалинский дневник». «Не знаю, что у меня выйдет, но сделано мною немало. Хватило бы на три диссертации. Я вставал каждый день в 5 часов утра, ложился поздно и все дни был в сильном напряжении от мысли, что мною многого ещё не сделано…»
В обратный путь Антон Павлович отправился 13 октября пароходом Добровольного общества «Петербург».  Путь его пролегал мимо Японии к Гонконгу, Сингапуру и Цейлону. Всё было ново для писателя. Однако путевые впечатления не смогли заглушить тяжёлого настроения.
По возвращении в Москву из поездки, Чехов поселился в небольшом двухэтажном флигеле на Малой Дмитровке. Здесь он работает над книгой «Остров Сахалин» (из путевых записок). Напряжённая работа, сильнейшие переживания на острове, лишения во время трудного сибирского пути сказались на здоровье писателя. Но несмотря на утомление и нездоровье, он «горел желанием работать», поделиться с читателями своими впечатлениями о Сахалине, представлявшемся ему «целым адом». Работа эта окажется чрезвычайно сложной. Но, пожалуй, наибольшая трудность, которую придётся преодолеть Чехову, состояла в определении метода подачи материала. Труд его должен был преодолеть не только общую цензуру, но и цензуру тюремного ведомства. Ища решения этой трудной задачи, он старательно избегает субъективности, добиваясь того, чтобы обо всём говорили сами факты. На какие только вопиющие безобразия – произвол, насилие, злоупотребление властью, мошенничество и тому подобное – не насмотрелся Чехов. Можно представить, как сильно было искушение пригвоздить к позорному столбу всех этих извергов и негодяев из числа сахалинской администрации. Но писатель должен был удержаться от этого. Он предпочитает говорить не столько о самих злодеяниях, сколько о тех условиях, которые неумолимо порождали эти ужасные явления.
Чехов написал книгу огромной обличительной силы: показал, что остров Сахалин  сосредо­точение всех злокачественных недугов царской России. И отныне, считал он, ни писатели, ни русское обще­ство не могут быть спокойными ни минуты, пока есть каторжный «окаянный остров» Сахалин. Критика справедливо называла книгу Антона Пав­ловича Чехова обвинительным актом самодержавному строю.
Путешествие на Сахалин явилось писательским, патриотическим подвигом Чехова. По признанию самого А. П. Чехова, поездка на Сахалин способствовала его возмужанию. Несомненно, это было идейное возмужание. Как ни трудна физически и нравственно была сахалинская эпопея, она вызвала у Чехова не чувство усталости и не желание отдохнуть, а напротив, острое недовольство размеренной, спокойной жизнью, которая кажется ему теперь невыносимой.
Позднее Чехов совершит ещё несколько поездок за границу — во Францию, Италию. Но Европа не сможет заслонить сахалинских впечатлений.
В 1995 году благодаря энтузиазму сахалинской общественности в городе Южно-Сахалинске создан литературно-художественный музей книги А.П. Чехова «Остров Сахалин».
Материалы взяты с сайта центральной городской библиотеки им. Пушкина города Алапаевск ( http://www.alaplibrari.blogspot.ru/2015/01/155.html#more )


Комментариев нет:

Отправить комментарий